Пуговичных дел мастера

Пуговичных дел мастера

Помнится, еще новогодние «Чародеи» утверждали: «Главное, чтобы костюмчик сидел». Ну и, конечно, в костюмчике, как и в любой другой одежде, все должно быть прекрасно: и добротная ткань, и аккуратные швы, и гармоничная фурнитура. Поэтому не стоит сомневаться: сегодня изготовитель качественных пуговиц без работы не останется.

Вот только как добиться этого качества и, следовательно, успеха?

Это только кажется, что пуговица весьма проста в изготовлении. На самом деле, как уверяют пуговичники, это чрезвычайно трудоемкая процедура, не идущая ни в какое сравнение с производством из того же пластика шариковых ручек или, допустим, линеек. Особенно если под пуговицей подразумевать не простую кругляшку, а нечто замысловатое, с претензией на изящество.

«Вот возьмите, к примеру, этот образец. — Директор фабрики «Русская пуговица» Александр Бородин протягивает мне черную, испещренную резьбой пуговицу. — Обратите внимание, сколько тут линий и какой в результате сложный получается рисунок! Задумайтесь теперь, какова должна быть пресс-форма, чтобы получилось такое объемное изделие! А как надо умело окрасить пуговицу, чтобы она равномерно поблескивала на свету! Это целая наука — сделать красивую пуговицу. Освоить сию премудрость не так-то просто».

Стоит ли удивляться, что сегодня в России производством необходимых и, как выясняется, крайне капризных изделий занимаются не больше десяти предприятий. Все эти фабрики можно смело классифицировать как малый бизнес: общее число работающих на них не превышает 60—70 человек.

Узок круг этих людей…

Собственно, и в Советском Союзе пуговичные фабрики можно было пересчитать по пальцам: в Москве и области, Ленинграде, Перми, еще в нескольких городах. Кто-то из них продолжает работать и по сей день, кто-то уже сошел с дистанции. Появились в мятежные 90-е и совершенно новые компании.

К примеру, уже упомянутая «Русская пуговица» была создана после августа 1998 года. Как рассказывает Александр Бородин, до этого он с успехом занимался поставкой пуговиц из Италии, но после кризиса импорт стал нерентабельным, вот и появилась идея открыть свое производство в России. Объединились с одной фирмой и открыли собственную фабрику в Зеленограде — в Москве слишком дорого обошлась бы аренда, да и нужное помещение найти в столице крайне сложно. «В результате сегодня мы — единственная в России компания, которая производит пуговицы по итальянской технологии», — с гордостью заявляет Александр Бородин.

По другому пути развивалась фабрика швейной фурнитуры «Ронталер», расположенная в Павловском Посаде. Еще до Октябрьской революции в городе открылась немецкая артель, которая занялась изготовлением пуговиц. История гласит, что тогда пуговицы делались вручную чуть ли не из слоновой кости. Затем в советские годы на базе артели была создана одна из крупнейших в стране фабрик. В 1990-е она, так и не приспособившись к рыночным условиям, несколько лет простаивала, фактически развалилась. И только четыре год назад нашелся крупный инвестор, решивший вложить свои средства в пуговичное производство. «Сейчас между той советской фабрикой и ныне существующим ЗАО «Ронталер» нет ничего общего», — уверяет его коммерческий директор Андрей Комаров.

Пожалуй, именно эти две компании да еще владимирское ООО «Фурнитура» наиболее заметны на рынке. От других предприятий они выгодно отличаются грамотным менеджментом, остальные фирмы этим непременным условием успеха, к сожалению, похвастаться не могут. «Безусловно, есть кое-какие попытки что-то сделать, но, увы, без четкого понимания: что, в каком направлении и главное — зачем», — характеризует деятельность пуговичников-аутсайдеров президент фирмы «Гамма» Борис Кац. «Гамма» считается одним из крупнейших оптовых поставщиков швейной фурнитуры и потому прекрасно знает все достоинства и недостатки отечественных производителей.

Примечательно, что российские пуговичники между собой практически не конкурируют: каждая из ныне существующих фабрик занимает свою нишу. К примеру, «Ронталер» называет себя лидером в производстве полиэфирных пуговиц. Особой гордостью фабрики являются перламутровые расцветки и лазерная гравировка. «Русская пуговица» нашла общий язык с производителями спецодежды и в этой области, по собственному мнению, не имеет себе равных. В общем, живут компании вполне мирно, куда большую опасность для них представляет импортная продукция, наводнившая российский рынок.

Под импортным натиском

Отечественная пуговица занимает промежуточное положение между дорогим итальянским и дешевым китайским товаром. «Законодатели моды сегодня, конечно, итальянцы, они все время идут на шаг-полтора вперед. Мы постепенно приближаемся к их качеству, но такие потрясающие эффекты пока никто в России воспроизводить не научился», — признается Андрей Комаров. Борис Кац, однако, утверждает, что доля итальянской пуговицы на рынке сильно преувеличена: по его оценке, объем продаж не превышает даже одного процента. Доминирует на рынке фурнитура из Китая, Тайваня и Турции.

«К сожалению, наши швейники гонятся за дешевизной, — сетует Александр Бородин. — Пусть китайская пуговица стоит меньше нашей, но ведь зачастую в партии бывает до 30% брака. В результате цена такого товара значительно увеличивается и превышает наши расценки. Но покупатель все равно клюет на эту мнимую копеечную разницу. Мы же свели брак практически к нулю».

Китайская и турецкая продукция еще и потому так дешева, что завозится в Россию контрабандой, намекают российские пуговичники. Поставщики с этим утверждением категорически не согласны. «Все большие фирмы завозят товар абсолютно легально. Просто пуговицы — не то, ради чего стоит нарушать закон. Может, кто-то, работающий по мелочи, и использует карго-перевозки, но тому есть ряд объективных причин. Официально растаможить 30 кг пуговиц выйдет намного дороже, чем заплатить за карго даже с риском эти самые пуговицы потерять», — объясняет Борис Кац.

Не согласен президент «Гаммы» и с огульным обвинением в крайне низком качестве китайской и турецкой пуговицы: «Там тоже встречаются очень разные производители. Кто-то действительно гонит брак, кто-то поставляет весьма приличные изделия». Да и работать с импортом сегодня намного проще, чем с российскими производителями: слишком маленький у них ассортимент, к тому же отечественные фабрики испытывают постоянные перебои с доброкачественным сырьем, что в конечном счете приводит к неизбежным проблемам с покраской товара. «Непопадание в цвет — главная беда наших пуговичников», — сокрушается Борис Кац.

Сами пуговичники болезненно воспринимают подобные упреки. По их мнению, над ними еще незаслуженно нависает стереотип старых фабрик с их неказистой продукцией из дешевого пластика. «Доходит порой до курьеза: как-то наш представитель приходит на швейное предприятие и, как водится, предлагает товар. «Мы на российское даже смотреть не хотим», — сразу следует категоричный ответ. Тогда человек выходит, перекладывает пуговицы из нашей фирменной упаковки в обычный пакет и возвращается. «А итальянская пуговица вас интересует?» Как итальянская, наша пуговица вызывает полное одобрение, предприятие сразу готово купить крупную партию и заплатить за нее в полтора раз дороже», — приводит пример Александр Бородин.

Наконец, есть у отечественного производителя одно неоспоримое достоинство перед зарубежными конкурентами: возможность изготовить товар в сжатые сроки. Ведь что важно для небольшой швейной фабрики (а таковых сегодня в России, кстати сказать, большинство)? Нащупать спрос и оперативно поставить на поток модель, которая будет востребована именно в этом сезоне. Соответственно, возникает острая необходимость и в оригинальной швейной фурнитуре. «Если в этом случае швейник обратится к поставщику импортных пуговиц, а тех не окажется на складе, новой партии придется ждать минимум три месяца. Мы же можем по заказу изготовить любую партию в течение десяти дней», — объясняет Андрей Комаров. Именно этот оперативный отклик на заказ и позволяет пуговичникам противостоять мощному импортному натиску и даже зарабатывать деньги.

В поисках технологии

«В принципе пуговицы — достаточно прибыльный бизнес, прямые расходы на само производство тут не такие большие. Но с каждым годом прибыль уменьшается. Дело в том, что постоянно меняются налоги, дорожает электроэнергия, аренда и т.п. А цены поднимать не можем, мы тогда сразу утратим свои позиции. Клиенты моментально переключатся на дешевую китайскую пуговицу», — продолжает Андрей Комаров.

И, конечно, надо понимать, что организация пуговичного производства требует крупных первоначальных инвестиций. На «Ронталере» затраты на оборудование оценивают как минимум в 30 000 долларов; президент «Гаммы» Борис Кац полагает, что для открытия серьезного производства потребуются десятки миллионов долларов, и не факт, что оно будет в России эффективно работать.

Самой же серьезной проблемой пуговичники называют отсутствие четко прописанных технологий и острейший дефицит грамотных специалистов. «У нас на фабрике с тех еще времен остался один сотрудник. Мы его специально пригласили, чтобы он помог нам восстановить технологию. Но ведь производство не стоит на месте, надо развиваться дальше», — говорит Андрей Комаров.

Александр Бородин считает, ему крупно повезло. «Я, когда только открывал фабрику, конечно, не знал никаких тонкостей пуговичного производства. Помню, владелец ведущей итальянской фабрики только за разовую консультацию затребовал миллион долларов. Естественно, таких денег у меня не было. Но потом я как-то разговорился с хозяином другого семейного заводика из Бергамо, тоже одного из общепризнанных лидеров отрасли. И как-то само собой у нас сложились дружеские отношения, этот человек мне совершенно бесплатно рассказал, какой должна быть структура предприятия, его принцип работы, раскрыл другие секреты». В результате за два года удалось овладеть технологией, итальянцы потом долго удивлялись достижениям россиян.

Впрочем, произвести качественную пуговицу — всего лишь полдела, ее надо еще реализовать. Как уже было сказано, швейники пока с подозрением относятся к отечественной продукции. «Конечно, приходится доказывать, что и мы не лыком шиты, умеем работать. Неслучайно у нас есть в Москве свой выставочный зал, где представлены все наши фасоны, расцветки», — говорит Андрей Комаров.

«Для швейной фабрики это тоже большая проблема — найти надежного поставщика. Я постоянно слышу сетования, что вот, дескать, опять китайцы подвели. Поэтому стоит лишь один раз хорошо себя зарекомендовать — и отношение к тебе изменится: сначала возьмут маленькую партию, потом побольше, появятся постоянные клиенты. Самое важное для производителя пуговиц — выйти на крупных производителей и оптовиков», — утверждает Александр Бородин.

Потребность в швейной фурнитуре сегодня высокая: после затяжного кризиса легкая промышленность медленно, но верно встает на ноги. Показательный пример: если до кризиса 1998-го ежегодная отраслевая выставка занимала на ВВЦ только полпавильона, то в последние годы экспоненты размещаются во всех выставочных залах, а сам смотр отечественных достижений теперь проходит в два этапа, посколку обувь отделена от текстиля.

Правда, как отмечает Борис Кац, сегодня наиболее благоприятно швейное производство чувствует себя в регионах. В Москве слишком дорога недвижимость, чтобы предприятия могли спокойно развиваться. Наоборот, в столице они, как правило, закрываются — это объективный процесс, который будет происходить и в дальнейшем.

Следовательно, производители пуговиц должны, в первую очередь, равняться на провинцию. «В глубинке совершенно другой вкус, чем в Москве, и нужно иметь наметанный глаз, чтобы улавливать эту разницу. Хотя нам работать проще: до России мировая мода доходит с опозданием в полтора-два года, поэтому можно заранее спрогнозировать актуальные тенденции», — считает Александр Бородин.

Быть или не быть?

И все-таки насколько будет благосклонным к новичку пуговичный бизнес? Стоит ли в него вкладывать средства? Увы, никто не берет на себя смелость ответить на эти вопросы.

«Мы создали свое предприятие на базе уже существовавшего, поэтому нам, разумеется, было намного легче. И то пришлось серьезно заняться переоборудованием. А вот строить все полностью с нуля… Тут потребуется вложить очень крупную сумму, а вернется она нескоро», — резюмирует Андрей Комаров.

«В этом производстве непростительны любые ошибки. Одно дело — ты вложил, условно говоря, 100 долларов в закупку пуговиц за границей. Не сумел их здесь пристроить — ну да бог с ними, с этими деньгами. А что делать, когда потратил 10 000 долларов на изготовление пуговичных пресс-форм, а они не получились? Поэтому если и давать какие-то рекомендации, то я бы посоветовал заняться изготовлением каких-нибудь более простых вещей, например пряжек. Эта вещь не сильно связана с модой и не так сложна по исполнению», — говорит Александр Бородин.

Более категорично настроен Борис Кац: «Состояние швейной фурнитуры напрямую зависит от смежных отраслей, на которые пуговичники повлиять не могут. Развитие этого бизнеса обусловлено множеством макроэкономических факторов, которые трудно поддаются анализу. Возможно, в будущем выпуск именно пуговиц станет чрезвычайно выгодным, но сейчас лучше вкладывать деньги во что-то другое. Например, хотя бы в создание швейного производства. Есть возможности конкурировать здесь по ценам с импортной продукцией, к тому же этот бизнес легко начать с нуля. Тут есть четкий план, как действовать».

Правда, осваивая швейное дело, все равно никуда не денешься от фурнитуры. Обязательно встанет вопрос: достойны ли российские пуговицы украшать российскую же одежду? Сами пуговичники считают, что они приложили для этого немало усилий.

Автор: Сергей Соболев

Источник: http://www.business-magazine.ru/ideas/startups/pub110102

Присоединяйтесь к 11000 швейников!
Получайте 2 раза в неделю лучшие статьи и видео по швейному бизнесу на свой емейл!

НЕ УПУСТИТЕ ВОЗМОЖНОСТЬ СДЕЛАТЬ ДОБРОЕ ДЕЛО: НАЖМИТЕ НА КНОПКУ СОЦИАЛЬНОЙ СЕТИ В КОТОРОЙ ВЫ ЗАРЕГИСТРИРОВАНЫ, ЧТОБЫ ДРУГИЕ ЛЮДИ ТОЖЕ ПОЛУЧИЛИ ПОЛЬЗУ ОТ ЭТОГО МАТЕРИАЛА.

Комментирование ВКонтакте:

Комментирование Facebook

0 Комментарии “Пуговичных дел мастера

Добавить комментарий